Имя лауреата премии "Оскар", актера, режиссера, сценариста и продюсера, народного артиста РФ Владимира Меньшова известно далеко за пределами России. В его активе – более 60 сыгранных ролей и 5 снятых картин, одна из которых, "Москва слезам не верит", первой в истории российского кино стала обладателем статуэтки "Оскар".

Пройдут гастроли спектакля "Коварство и любовь", поставленного известным режиссером Ниной Чусовой. В осовремененной пьесе Шиллера Меньшов исполняет главную отрицательную роль – коварного и вероломного Президента.

Владимир Валентинович, о Ниной Чусовой российские критики пишут, как об одном из самых необычных постановщиков сегодняшней театральной России. Как коллега-режиссер, как вы оцениваете ее работу?

Нина Чусова – очень яркий изобретательный режиссер, она всегда находит новые нетрадиционные ходы в классической драматургии. В "Коварстве и любви" она тоже нашла новый ход – прекрасно работает с музыкой, находит интересное световой решение. При том, что наш спектакль должен быть мобильным, потому что его нужно возить на гастроли, он очень красивый и очень хорошо смотрится.

Как вы считаете, повсеместное обращение к классике современных режиссеров обусловлено тем, что нет достойных современников, способных написать злободневную современную пьесу с накалом страстей, достойных Шиллера и Шекспира?

Вы знаете – пожалуй, да. Это вызывало и у меня подобные размышления. Действительно, современная драматургия не обращает внимания на трагическую составляющую жизни. В результате эта составляющая отодвинута на 3-4-й план и существует только в выпусках новостей: разбился самолет, затонул корабль и так далее. Драматургам кажется, что "негатива" и так достаточно, и нет надобности идти за трагедиями еще и в театр. Однако, лично у меня есть стойкое ощущение, что зрителю несколько поднадоела та "развеселая жизнь", которая воцарилась в кинотеатрах и на телевидении, и у него возникло настойчивое желание посмотреть что-то более духовное и глубокое, задуматься о каких-то фундаментальных ценностях бытия.

Насколько злободневна, по-вашему, сегодня тема социального неравенства? Возможны ли сегодня драмы, схожие с теми, что царят в "Коварстве и любви"?

Несмотря на растущий уровень демократии, деление на сословность, на аристократов и плебеев в мире все более и более означается. Провинциальные люди, читающие в гламурных журналах статьи об особняках, виллах, дорогих машинах и яхтах, понимают, что, увы, для них все это недостижимо. Никогда недостижимо…

Вместе с вами в спектакле заняты молодые актеры. Что вы скажете о степени их таланта, и пророчите ли вы кому-то из них большое актерское будущее?

Я все-таки считаю, что в нашем спектакле задействованы люди уже состоявшиеся. Их большое актерское будущее уже активно осуществляется. В Израиль приезжает хорошая команда – актеры со сложившимися репутациями: Мария Голубкина, Анна Снаткина, Александр Леньков, Вячеслав Манучаров, Кирилл Жандаров, Олег Мосалев и другие громкие имена. Спектакль, надо сказать, очень хорошо сколочен. Надеюсь, мы доставим эстетическое удовольствие израильскому зрителю.

В одном из своих интервью вы высказали мысль, что в природе человеческой зло и коварство заложены изначально – так же, как и добро, простодушие. Чего в современном мире по-вашему больше – коварства или любви? И кто, по-вашему, побеждает?

Высказанную мною мысль я основывал и на собственном жизненном опыте, а также на размышлениях замечательного австрийского биолога Конрада Лоренца, высказанных им в его книге "Так называемое "зло". Проводя аналогии между миром дикой природы и человечеством, ученый приходит к выводу и доказывает, что то, что мы понимаем под злом – это необходимость, форма существования. Агрессия – это не дурное свойство характера, а необходимое условие продолжения жизни. Количественно оба начала – и добро, и зло – распределены примерно в равных саморегулирующихся пропорциях, в динамическом равновесии. И при этом не могут как полностью доминировать, так и существовать друг без друга. Так и в нашем спектакле – коварство и любовь поначалу сосуществуют, но затем мы эту любовь убиваем. Коварство торжествует, но напрасно – оно само в конце концов оказывается поверженным любовью. Вот такая диалектика.

Как человек, имеющий одинаково близкое отношение и к театру, и к кино, как вы оцениваете будущее этих жанров?

Театр, полагаю, уже отстоял свое право на вечность. Он с честью вышел из того патового положения, когда, казалось, его одолеет кино. Современный театр нашел свою нишу, свою форму, он очень интересен. По крайней мере – мне. Всегда, когда выдается возможность, я с удовольствие посещаю театральные фестивали. Что же касается кино, то оно, безусловно, переживает определенный кризис. Оно явно опустилось до того, с чего когда-то начинало – до балаганного искусства, развлекательности. Сегодняшний кинематограф соревнуется лишь по кассовым сборам, а совсем не по духовной наполненности. Как и все в жизни, этот жанр развивается по синусоиде. Думаю, следом за кризисом будет остановка, затем – прорыв, появятся новые имена… Поднадоели эти бесконечные "стрелялки", технологические новшества, которые сейчас одолели кинематограф, 3D и прочая хрень. Но не ради этого существует этот жанр. Это всего лишь составляющие, которые вдруг стали довлеющими, главными в искусстве кино. Думаю, все это – некая болезнь роста, которую мы все сегодня переживаем.